Стоял особенно дождливый, влажный сезон, принесший серьезные наводнения по всей стране. Приходящие с каждым курьером новости содержали информацию о смытых деревнях, утонувших или оставшихся без крова семьях.

— Не в нашу пользу и то, что многие горожане спешат использовать плохую обстановку к своей выгоде, — сказал Огами.

— Преступность растет как на дрожжах, — заметил Уэмори. — Воры грабят затопленные дома и предприятия. Тюрьма Эдо переполнена.

— Многие члены бакуфу тоже воспользовались ситуацией. — На лице Огами отразилось отвращение к коллегам по военному правительству, которое управляло Японией. — Чиновники растратили казну и растащили запасы риса из хранилищ Токугавы. Сборщики налогов берут взятки у даймё и торговцев за сокращение размеров налога и подделку конторских книг. У нас такая серьезная нехватка средств, что мы можем оказаться неспособными выплачивать содержание тысячам самураев, наделенных властью.

— Что ж, нам известна одна из причин этих проблем, — сказал Огами. — Всему виной чиновники, которые недавно заняли высокие должности.

В ходе чистки, последовавшей за войной, многие опытные чиновники были заменены людьми, чьим главным качеством была лояльность к правителю Мацудаире. Новички не знали, как привести к порядку своих праздных, коррумпированных подчиненных.

Сано все больше охватывала тревога: старейшины были явно более склонны жаловаться, чем предпринимать какие-то действия.

— Хорошо, если ни у кого нет готовых решений, может быть, нам прервать это совещание? — Номинально он был над ними начальником, но их статус и возраст обеспечивали им особое положение, и Сано делал вид, что прислушивается к их мнению.

— Не так быстро, — вступил генерал Исогаи. — У нас есть еще одна тема для обсуждения.

— Она касается методов, которыми вы пользуетесь для решения проблем, — сказал Уэмори.

— Это не означает, что мы критикуем вас за то, что вы действуете, когда другие ни на что не способны, — поспешно заверил Огами.